История пятая. Губернатор и его петухи да куры

Минуло три года с тех пор, как Гордей Гордеевича Цыплакова назначили генерал-губернатором Мышкинской губернии. Время это казалось ему вечностью и сущей мукой. Бывало после завтрака выйдет на балкон губернской ратуши, помешивая в чашке чая сахар, да затоскует по былой жизни. А грустить было о чем: конное хозяйство, большая усадьба, немалые земельные владения да куриная ферма.

Любил Гордей Гордеевич на завтрак съесть яичницу-глазунью из четырёх яиц да обязательно помакать свежим хлебушком в текучий желток. Это нехитрое блюдо каждый день напоминало ему о собственной ферме, оставленной в тысячах верст к западу на контроль родного брата.

Между тем местные куриные короли, узнав о страсти чиновника к яйцам, неустанно обивали пороги цыплаковского кабинета. Кто несушек в дар преподнесет, кто пригласит в гости на петушиные бои, третьи даже предложили назвать выведенную новую породу декоративных кур «Цыплаковской», но генерал-губернатор отказался. Хотя резко выстрелил бровями, когда помещик Щучкин произнёс: 

— Вы только вслушайтесь: петух Цыплаковский, победитель международных выставок, птица живого темперамента, способная топтать до 40 кур.

Услышав отказ, Щучкин весь вечер просидел в грустном состоянии, но сам того не подозревал, что попал в самую точку.

По той лишь причине, что наблюдать, как петух топчет курицу, Гордей Гордеевич любил ничуть не меньше, чем за скачками с участием своего любимого коня Колвара, которого называл любовью всей своей жизни.

«Ты послушай, послушай! — с упоением голосил Цыплаков, слегка привстав со стула и активно жестикулируя. — В начале брачных игр петух обходит курицу кругом и скребёт лапой опущенное крыло. Это выглядит весьма красиво. Ну и вообще. Ты видел, как он их топчет? Настоящая животная харизма! Взгромоздится, значит, ей на спину, когтями вопьётся, а сам клювом держит за гребень. И так может штук 15-20 в день перетоптать, да», — с горящими глазами рассказывал Цыплаков директору газеты «Мышкинские вести» Берендею Берендееву, который слышал эту историю уже с десяток раз, а потому вынул из кармана засаленный кисет и неторопливо начал набивать трубку, посасывая чубук.

Топтание кур Берендееву было безразлично, сегодня он пришёл к генерал-губернатору с задачей от купца Петрова, намекнуть на его, то бишь Петрова, протекцию.

Надо сказать, что предместник Цыплакова, капитан Углеев, обладал высшей любовью к стяжательству и имел крепкий норов, в котором постоянно испытывал, достаточно ли мышкинцы тверды в бедствиях.

Поэтому к концу его правления (или самоуправства, как говорили местные) губерния представляла беспорядочную кучу почерневших и обветшавших изб, а жители годами не видели ни еды настоящей, ни одежды изрядной. Мышкинцы, кто попроворнее, снимались с мест и выезжали в соседние губернии, кто побогаче, искали пути и подходы к Углеевскому одобрению, остальные — сосали лапы.

Купец Петров был из вторых, но при смене губернского начальства отошёл к третьей партии, ибо Гордей Гордеевич тоже был охоч до стяжательства и, поговаривал народ, мздоимничал.

— Гордей Гордеевич, — прервал генерал-губернатора Берендеев, — до меня дошел слух, на который, как мне кажется, вам как человеку передовому и серьезно смотрящему на свои обязанности стоит обратить внимание.

— Тааак, — протянул Цыплаков, взглядом показав Берендееву на приоткрытую дверь. И лишь когда дверь была заперта, продолжил:

— Ну-с, чего там?

На этом мы оставим наших героев и ускорим ход событий. Через некоторое время Петров стал начальником губернского правления, а Берендеев получил орден. А вот Гордей Гордеевич, хоть и продолжил тосковать по любимому имению, кур на казённой усадьбе всё-таки завёл.

Источник фото: depositphotos.com