Генрих Нейгауз говорил: «Современному молодому пианисту куда легче хорошо сыграть прелюдию и фугу Шостаковича или сонату Прокофьева, чем, например, баркаролу Шопена». По словам Ванды Ландовской, если бы Шопен оказался в ХХ веке, он «с изумлением услышал бы, как много бесполезной силы, пыла и дурного вкуса расточают исполнители его музыки».
Наследие польского романтика содержит множество головоломок и требует исполнителя с чутким слухом, способного на настоящее изящество и благородство. Тем ценнее концерты тех пианистов, кто умело проникает в русло шопеновской поэтики, лавируя между сентиментализмом и сухим академизмом, и очаровывает слушателя искренностью чувства и тонким туше.

Александр Романовский покорил публику исполнением музыки Шопена еще в 11-летнем возрасте, когда Владимир Спиваков пригласил его на свой фестиваль в Кольмаре. «Конечно, мне гораздо легче понять, о чем говорили Рахманинов или Прокофьев, русскую душу, — признается пианист. — Но практически на каждом концерте я играю также ноктюрн Шопена. И мне кажется, что именно в нем я нашел что-то созвучное моей душе. То, чем мне хочется поделиться с аудиторией».

Интерпретации сочинений Рахманинова тоже не раз приносили пианисту успех — в частности на международных конкурсах имени Бузони в Больцано и имени Чайковского в Москве. Издание New York Times отмечает поразительное совершенство игры Романовского, творческую индивидуальность и благородный вкус, а британская газета The Guardian назвала его «истинным хранителем традиций великой русской фортепианной школы».

9 октября, Большой зал консерватории
https://bit.ly/3uTDQnc Александр Романовский meloman.ru

Источник: vk.com