Режиссёр «Тесноты» Кантемир Балагов: Я не лезу в фестивальную политику

01 августа 08:15

27 июля в «Победе» прошла предпремьера «Тесноты» — дебютного фильма Кантемира Балагова. Режиссёр пообщался с журналистами и рассказал о фестивальной политике в Каннах, кавказском вопросе и почему он не хотел показывать фильм в родном городе.

Кантемиру Балагову 26 лет, он родился в Нальчике и учился в режиссёрской мастерской Александра Сокурова в Кабардино-Балкарском госуниверситете. «Тесноту» молодого режиссёра отметили призами в Каннах, на «Кинотавре» и фестивале «Зеркало» им. Тарковского. В прошлый четверг Кантемир приехал в Новосибирск, чтобы лично представить картину.

— Действие фильма происходит в конце 1990-х. Как можно снимать о том времени, когда вам было всего семь-восемь лет?

— Я помню 90-е, хотя и не настолько детально. В чём-то я ориентировался на свои воспоминания, что-то мне рассказывали родители, что-то восстановили из личного фото- и видеоархива. Дом, который мы нашли под Питером, оказался как раз из того времени, мы в нём практически ничего не меняли, и это очень помогло.

— Принято считать, что режиссёр — это более возрастная профессия. Хватало ли вам жизненного опыта, чтобы снять такую серьёзную картину?

— Для меня возраст — это просто цифра. И молодой человек внутренне может быть опытным и мудрым, а иногда взрослые люди совершают настолько глупые поступки, что сомневаешься, что им уже 50−60 лет. Я не отрицаю, в этом фильме есть факт везения, есть что-то интуитивное, но хочется верить, что кино не оставит равнодушным никого.

— Кавказ всегда оставался очень сложным регионом — и в советское время, и в перестройку, и сейчас. Скажите, что-то поменялось с 1990-х?

— Если говорить о менталитете, межнациональных отношениях, то конечно, перемены есть.

История в фильме реальна, людей похищали — и евреев, и кабардинцев, и балкарцев. Таким способом в то время зарабатывали. Сейчас люди стали менее агрессивными, менее жёсткими, теперь на Кавказе спокойнее.

Но в плане комфорта, благоустройства, в социальной сфере я не скажу, что стало кардинально лучше, если не хуже.

— Вы сознательно столкнули в фильме два наиболее проблемных национальных вопроса — еврейский и кавказский?

— У этих народов особенно остро ощущаются культура и традиции. Они возводят это в культ. И у евреев, и у кавказцев примерно одинаковый институт семьи, с этой точки зрения мне было интересно показать их вместе.

— Почему вы выбрали именно тему отцов и детей?

— Семейные отношения, мне кажется, можно исследовать бесконечно. Об этом много написано, много снято, но каждый случай — особенный. Я думаю, в этой истории есть что-то, что может оказаться незнакомым для российского зрителя.

Для меня тема семьи очень острая, потому что близкие люди могут сделать намного больнее, чем чужие. Ведь от них ты меньше всего ожидаешь предательства, и когда это происходит, особенно трудно такое пережить.

— Вы не хотели, чтобы картину показывали в Нальчике, но в прокат она всё же вышла. Вы расстроились?

— Нет, я рад, что фильм показали, мне важен отклик на Северном Кавказе. Наверно, решение о запрете показа было принято сгоряча, на эмоциях. Я вообще сначала не думал, что фильм выйдет в широкий прокат, и то, что кинотеатры Нальчика его потом купили, было очень приятно.

Я ни в коем случае не хочу разжигать межнациональную рознь этим фильмом. На один из показов приходили представители Северного Кавказа, которые были настроены очень негативно. Но после просмотра они полностью поменяли своё отношение, и я очень надеюсь, что-то же произойдёт и в Нальчике.

— Расскажите ваши впечатления об участии в фестивалях: кто вас поддерживал, какие ощущения от наград?

— На каждом фестивале всё происходит по-своему. Каннский фестиваль в первую очередь для индустрии, а не для зрителя. Это рынок — ведь кино должны увидеть, а без пиара это невозможно. И Каннский фестиваль для этого очень хорошая площадка. «Кинотавр» открывает дорогу уже к российскому рынку.

Участие очень приятно, но это не самоцель.

Я не снимал фестивальное кино и не пытался вычислить, что может понравиться жюри. Мне кажется, главное — это быть честным с самим собой, а не пытаться попасть в политику каждого фестиваля.

— Есть ли у вас уже какие-то планы, сценарии для новых картин?

— Я хочу попробовать себя в разных жанрах — поработать над комедией, над триллером, но сейчас всё зависит от истории. Если она меня трогает — снять можно в любом жанре, которого требует сценарий. Пока же меня больше всего интересуют проблемы людей.

Намётки есть, но когда ждать следующий фильм, я сказать не могу. Возможно, года через два. Это будет другая тема, послевоенный период, 1946 год. Но посмотрим, вдруг я пойму, что не смогу сказать ничего нового про это время — и возьмусь за другой сценарий.

Интернет-портал «VASHGOROD.RU» зарегистрирован в Роскомнадзоре 28.02.2017 г.

Номер свидетельства ЭЛ № ФС 77 - 68868.

Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные в комментариях читателей.

ВСЕ НОВОСТИ